17:51 

Фанфик о судьбах демонов-полукровок

ogniana
Смейся, Абе-Но-Сеймей...
Торок никак не могла отделаться от мысли, что всё вокруг – не то. Всё – неладно. Казалось бы, мелочь, а наводит на нехорошие подлые мыслишки. Глаза сами начинают выискивать предателей и ренегатов. Уши слышат в каждом шорохе – звук вынимаемого из ножен стилета. При чем - непременно отравленного. Торок злилась.
- Эй, граф, чего это у тебя такая кислая физиономия? Неужто лимон неспелый попался? – Торок хотела стабильности и уверенности. И если сейчас вампир скажет что-нибудь ядовитое или до безобразия колкое, то можно будет считать, что все в порядке. Но Малькольм ехал молча, погруженный в собственные размышления. И, рассеянно скользнув взглядом по эльфийке, только невпопад кивнул в ответ на ее отчаянный призыв.
Торок помрачнела, словно грозовая туча. И с этой минуты то и дело люто зыркала по сторонам, ожидая подвоха со всех сторон сразу.
Когда же отряд выехал на поляну со следами погрома, эльфийка была напряжена до предела. Кончики ушей, словно чуткие кошачьи вибрисы, едва заметно шевелились из стороны в сторону, силясь уловить, почуять опасность за мгновение до того, как она обрушится на головы отряду. Но пока все было тихо. В фургоне кто-то тихо шебуршал. Торок инстинктивно держала повозку на прицеле раскрытой ладони, и по пальцам ее то и дело пробегали багровые струйки пламени.

Выживший после налета, наконец, выбрался из своего убежища. С виду ничем не примечательный человек. Испуганный, вертящий головой в разные стороны, заглядывающий в глаза всадникам в надежде найти там хотя бы кроху сочувствия и сострадания.
Аментиа, едва взглянув на найденыша, изобразила на лице крайнюю степень притворного отчаяния и совершенно искреннего презрения. Ну это надо же было… В дичайшем лесу – вороны, седые камни, отжившие пески, мертвый можжевельник - встретить брата. Убогого, правда, слабосильного, но зато с характером. Крилах всегда слыл изрядным хитрецом и пронырой. Интересно, что ему здесь понадобилось? Аментиа в упор не помнила, что за задание выполнял Крилах. Он был настолько ничтожен в своем втором круге по сравнению с ней самой, что демонесса даже не снизошла до того, чтобы припомнить его родителей.
Крилах тоже стрельнул глазами в сторону сестрички. Нехорошо так стрельнул… Потому что понимал так же ясно, как и сама Аментиа – вряд ли в одном отряде уживутся два демона. А в том, что Крилах собирался влезть в отряд, сомнений у демонессы даже не возникало. И надо же было так вляпаться…
- Ну и чьих же ты будешь, мил человек? - равнодушно и хмуро спросил Аргор. Аментиа не умела читать мысли. Но, чтобы понять нынешние чувства командира отряда, вовсе не нужно было иметь какой-то особенно яркий талант телепата. Все его мысли были сейчас подробно и доходчиво изображены на лице. «Очень уж ты тут лишний, почтенный Судьбою Уязвленный. Не надо нам твоего общества».
Но Крилах, видно, давно уже заучил и отрепетировал искрометную тираду. С подвываниями, слезами, ползаньем на коленях и целованием лошадиных копыт. Даже Малькольм вышел из комы и озадаченно уставился на утробно голосящего найденыша. А уж вампир-то знал толк в нытье.
- Как выводит, а? Заслушаться можно… - негромко сказал граф, обращаясь к Торок. – Талант. Несомненный талант. Чего этому ничтожеству надобно?
- В отряд просится. – Коротко проинформировала эльфийка.
Граф пожал плечами:
- Вот уж не думал, что мы такие знаменитые и удачливые искатели приключений, чтобы стоило так убиваться по нашему обществу.
Наконец, Аргору надоела вся эта свистопляска, и он подал отряду знак двигаться дальше. Становиться на стоянку прямо здесь, где только что совершенно непонятная тварь распотрошила троих опытных вояк, и никто из них не успел даже сказать «А»… Явно глупо. Поэтому всадники двинулись глубже в лес. Крилаха никто не приглашал идти следом. Но никто и не запрещал этого делать. Нет лошади? Экая незадача. Ну, братец, если так хочешь быть с отрядом, беги на своих двоих. Благо, что лес густой – лошади не могут идти быстрее пешего человека.
Крилах бежал легкой трусцой за отрядом, время от времени широкими скачками перемахивая через упавшие стволы и неширокие ямины. Бежал, обмирая и не веря свалившейся на него удаче. Столько лет он искал. Столько лет шел. Допрашивал, вымогал, умолял, убивал. И все зря. Все без толку. Она как сквозь землю провалилась. Словно и не жила никогда на свете эльфийка по имени Тинвэ.

- Ты звал меня, Отец?
- Подойди… Я вижу, что ты старался. Ты способный и талантливый мальчик, Райго. И теперь ты уже полностью подготовлен.
- К чему?
- К твоей Цели.
- Я… Как? Уже? Отец…
- Да, уже. Завтра ты отправляешься в Мир. Сейчас помолчи и послушай меня. С самого детства тебя готовили к тому, чтобы ты сумел выполнить эту важнейшую и величайшую для всей Семьи миссию. И с завтрашнего дня ты докажешь, что мы все не даром надеялись на тебя, Райго.
- Я… Да, Отец. Я выполню свое задание. Я достигну Цели и вернусь к тебе с победой.
- Молодец. Ты – мой сын. Ты – не какая-нибудь сявка первого круга. Но все же – будь осторожен. Твои братья и сестры – демоны, а не розовые котята. Опасайся сильных. Оглядывайся на слабых. И соперничай с равными. Твоя Цель – это твое право. Право принести Семье благо. И Семья отблагодарит тебя, Райго.
- Я все понял, Отец.
- А теперь повтори свою Цель от начала и до конца.
- Я рожден на свет для того, чтобы достичь важной для Семьи Цели. Я должен найти в Мире и доставить в Иномирье полуэльфийку-полуоборотня по имени Тинвэ. Внешность эльфийская. Среднего роста. Глаза карие. Волосы русые. Запах – сладко-терпкий, похожий на эльфийский только отчасти. Опытный воин. Владеет одноручным мечом и метательными ножами. Короче, вооружена и смертельно опасна.
- Без «короче», Райго. Шутки шутить будем, когда ты бросишь эту эльфийку в мешке к подножию трона Владыки.
- Прости, Отец…
- Скажи мне о смысле твоего задания. Зачем Семье эльфийка?
- Семью интересует здоровое плодовитое потомство от Члена Семьи и полукровки, в чьих жилах течет кровь эльфа и оборотня. Так как на данный момент в Мире всего лишь одна подобная особь – Тинвэ, то она и стала Целью поисков. Я должен доставить Тинвэ живую, здоровую, способную зачать, выносить и родить ребенка. Я должен передать ее Владыке для проведения второй ступени эксперимента.
- Хорошо.
- Отец… Я правильно представляю себе вторую ступень эксперимента?
- Думаю, да, Райго. Здесь вариантов немного. Она должна будет выносить и родить демона.
- А отец? В смысле отец ребенка… Тот, кто должен будет…
- Зератул.
- О…
- Да, девчонке уготована жестокая судьба. Мне в чем-то даже жаль ее. Ведь она – острая индивидуальность. Единственная в своем роде. А Зератул…
- Что, Отец?
- Я не первый год знаком с ним, Райго. У Зератула есть масса скверных привычек. И одна из них… В общем, тех женщин, что рожали ему детей, больше никто никогда не видел. К тому же ходят очень уж омерзительные слухи о его коллекции. Сад Статуй. Слышал?
- К-конечно…
- Не трясись, Райго. Есть верный способ избежать гнева Зератула.
- Какой способ, Отец?
- Не стой у него на пути!! Ты – второй круг. Зератул – пятый. Он тебя в пыль превратит одним только взглядом. Надеюсь, теперь ты до конца осознал всю важность своей Цели. Важность для сохранения в целости твоей собственной шкуры, Райго. И если тебе когда-нибудь вздумается пожалеть несчастную Тинвэ… Ты просто вспомни Зератула. Вспомни, что он сделает с тобой, если ты не приведешь ему эльфийку. И пойми, что секунда промедления, мгновение жалости может стоить тебе Вечности, наполненной Страданием. Я видел этот Сад Статуй, Райго. И поверь мне, все они – страдают. Это - АД.

Этот разговор до сих пор звучал в голове Крилаха, хотя с тех пор прошло уже больше пяти лет. По меркам Мира. А значит, в Иномирье пролетело уже почти сорок. Все эти пять лет демон искал. Вынюхивал, расспрашивал, подкупал… Ни следа, ни одной даже самой крошечной зацепочки. Запах эльфийки, вдолбленный ему с самого младенчества, стал навязчивой галлюцинацией. Иногда этот тонкий аромат чудился ему посреди ночной темноты. И тогда Райго, взявший себе в Мире имя Крилах, вскакивал с земли и, стоя на коленях, тревожно и судорожно всматривался в ночь. Вдыхал ее запах, стараясь отыскать то самое дуновение, которое принесло с собой этот сладкий отсвет эльфийки по имени Тинвэ.
И вчера ночью случилось так же. Крилах проснулся, словно от удара. Открыл глаза с ясным пониманием того, что снова чувствует ее запах. И, сам того не замечая, он уже поднимался с земли, осторожно, стараясь не разбудить спящих спутников, шел в ту сторону, куда вел его едва заметный ночной ветерок. Но чем дальше шел Крилах, тем судорожнее рвалось сердце в его груди. Запах не исчезал. Желанный, заветный, такой сладостно-дурманящий – он был здесь, он был настоящим, совершенно реальным. Это больше не были отблески его собственных снов или желаний. Тинвэ. Она рядом. Так близко, что нужно лишь протянуть руку и дотянуться до нежных губ блестящими хищными когтями. До губ, с которых слетает это легкое сладкое дыхание.
Крилах крался по лесу, не чуя ног под собой. Бесшумно, быстро, словно тень скользила между мрачных черных стволов.
И вот на поляне это средоточие запаха – царство зачарованной принцессы. Волшебная золотая клетка с прекрасным зверем.
Крилах выглянул из-за кустов, судорожно вздохнул и прикусил язык. До слез. До того, что потемнело в глазах. На поляне ночевал целый боевой отряд. Пять или шесть человек. Все с оружием. И магией здесь разило за версту. Ну что за напасть…
Отец всегда хвалил Крилаха за изворотливый ум и талант к интриге.
«Сила демона, Райго, как и у людей, не в теле, а в уме, - говорил ему Отец. – Кто умен, кто хитер, кто изобретателен, тот и сверху». Крилах однажды спросил Отца: «Неужели Марбод Кукушонок – самый хитрый и изворотливый? Разве Зератул или Тасадар – не умнее и не хитрее Владыки»? Отец тогда вздохнул и признался, что у демонов, все же, не совсем как у людей. И что сила имеет огромное значение. И демон второго круга никогда не сядет на Трон, потому что он неизмеримо слабее третьего, четвертого и пятого. Но хитрость – первое и главное оружие среди равных. Но зато среди них хитрец – Владыка.
И в ту ночь Крилах-хитрец, Крилах-интриган, Крилах-ренегат придумал план. Он прикончил собственных спутников, с которыми путешествовал по стране вот уже который месяц. Прикончил без сожалений и душевных терзаний. И прикинулся жертвой нападения дикого чудовища-людоеда. Ему просто позарез необходимо было влезть в этот отряд. Втереться между этих людей, от которых так пронзительно и откровенно пахло сладкой Тинвэ. Она была среди них. Он чувствовал это. Он знал. Сердце, душа, разум - все трубило победу. Но Крилах сдерживал, охолаживал себя. Еще не время праздновать. Полный триумф он испытает у нижних ступеней Трона, под одобрительным – страшным и ласковым одновременно – взглядом густо-синих ярких глаз Марбода Кукушонка – Владыки и Повелителя Иномирья.
Но Крилаху, видимо, недавно перебежало дорогу целое стадо черных кошек вперемешку с бабами, гремящими пустыми ведрами. Напасть какая-то, честное слово, просто удавиться хочется. И удавился бы, если бы не осознание того, что после этого удавливать его будут уже по-настоящему. Долго и мучительно. Всей немалой Семьей. За малодушное отступление перед лицом трудностей, панику и дезертирство. И ведь действительно – чего это тут бояться? Подумаешь, какая-то там Аментиа… Чокнутая доченька Тасадара – левой руки Владыки. Подумаешь, всего-то пятый круг. И, что уж там – подумаешь, она тут, в этом отряде, явно на задании. ДЬЯВОЛ!!! Крилах мысленно рвал на себе волосы. Глаза горели и слезы выступали на глазах от отчаяния. Может быть это и придало его словам, обращенным к командиру отряда, столько естественности и искренности? Столько неподдельного горя и страха? Да что уж там… Так и есть.
Его не прогнали.
Примерно через час отряд остановился на привал. Всадники спешились и начали споро готовиться к трапезе. Крилах забился под ближайший куст и сидел тихонечко, как мышь. Только глаза жили на бледном лице, двумя черными живыми бусинами поблескивая из тени. Он нашел. Вот она – Тинвэ. Темноволосая, темноглазая эльфийка. И запах… Струится тончайший аромат…
- Торок, душа моя, будь хорошей девочкой, налей старому больному вампиру коньячку из твоей волшебной фляжечки.
- А может тебе еще халвы на лопате?
«Почему он зовет ее «Торок»? – Крилаха накрыла паника, словно из-за угла набросили на голову пыльное ватное одеяло – не продохнуть. Он ничего не понимал. Это не Тинвэ. Это не она. Среднего роста – не подходит, эта явно выше среднего. Русые волосы – а эта чертова кукла - жгучая брюнетка. Карие глаза – да не карие они у нее, а черные, да еще с багровым отсветом. Владеет клинком и метательными ножами – у этой оружия нет и в помине. И магией от нее несет… Кто послабее, от одного духа помрет. Тинвэ не владеет магией. ЭТО НЕ ОНА». Крилах едва не отгрыз себе пальцы. Запах мучил его, сводил с ума. ЕЕ запах. Она эльфийка. Тинвэ – эльфийка. Но кроме Торок в отряде осталась совсем уж невнятная особь эльфийской породы, которая на Тинвэ не тянула даже с большой натяжкой. Да и запах у нее был совершенно иной. Но что же это всё значит?
И вдруг свет заслонила чья-то тень. Крилах поднял глаза и увидел предводителя. Он стоял над Крилахом, холодно глядя на найденыша. А потом небрежно бросил:
- Иди к костру, удачливый. Мы тебя не для того подобрали, чтобы ты с голоду сдох.
Крилах слышал его слова, но понимал, что не в состоянии сейчас адекватно реагировать. Все его душевные силы задействованы были в эту секунду на одной мысли. Вернее, на одном ощущении – обоняние. Когда командир близко подошел к демону, от него так и пахнуло волной запаха. ЕЕ запаха. И эта волна была гораздо сильнее, чем от эльфийки Торок.
«Эру меня задери, - Крилах сжал голову руками, - какой я идиот. Как я мог так ошибиться… Ее нет здесь. А запах… Запах от тех, кто был с ней рядом. Остатки. Отзвуки. Отсветы настоящего живого запаха. Это ее бывшие спутники. Эта самая Торок, предводитель и еще один – вампир, что просил коньяка. Остальные не встречались с ней.»
- Эй, парень, тебе дурно что ли? – над Крилахом склонился молодой узкоглазый парнишка. – Чем-то могу тебе помочь?
- Э…кхм…- Крилах закашлялся и отрицательно помотал головой. – Я это… Так… Не отойду никак… От страхов этих. Натерпелся. Бог милостив…
Он бормотал еще что-то бессвязное, и Кофу с состраданием подумал, что не каждому человеку достается в жизни испытать такое потрясение. К счастью, не каждому.
Крилах кое-как справился со своими чувствами и, кряхтя и охая, поднялся с земли. Новые спутники молча подвинулись, давая ему местечко у костра. Ели угрюмо и молча. Крилах то и дело стрелял глазами по отряду. Справа сидел вампир. Он-то и показался Крилаху самым странным из всей компании. То и дело он застывал на мгновение, не донеся до рта ложку с похлебкой. Черные глаза аристократа были совершенно стеклянные, словно его только что огрели по затылку ядреным полешком. Однажды Крилаху даже послышалось, что вампир позвал кого-то. И голос у него при этом был леденяще-повелительным, хотя и едва слышным:
- Тира…
Крилах поежился. Если вдруг этот вампир окончательно сдуреет, то еще вилами по воде писано – уцелеет ли сам Крилах. Но от него так заманчиво тянулась струйка запаха. Так сладко щекотала ноздри демона, что он не удержался. И после плотного обеда, в то время, как прочие члены отряда приводили стоянку в порядок, подсторожил вампира в одиночестве.

Малькольма глодала жажда. Он сатанел от желания и страсти. И эта пытка длилась вечно. Без края и конца. Без надежды на скорое избавление. Но он шел вперед, тяжело на пол-ладони уходя в землю латными сапогами. Гора идет к Магомету. Гора идет вырвать из чужих – слабых, но хитрых и жадных - пальцев свой меч. Свой Меч. Свой Ночной Кошмар. Кровь от крови. Прах от праха. Слишком живой. Слишком разумный. И не ясно, кто кого хочет сильнее: Малькольм Меч или Меч Малькольма.
Но и это не важно. Кровь гулко ухала под шлемом – где-то в голове, мутила рассудок, темнела в глазах привычной пеленой. Как же люто Малькольм ненавидел весь мир. Ненавидел всех грязных жалких ничтожных проныр, смертных, убогих бездельников, так и жаждущих протянуть свои тщедушные ручонки к великой Силе. Ручонки тянутся старательно, половина из них непоправимо ломается, но вторая половина все же продолжает тянуться и тащить, тащить, тащить чужое. Присваивать себе, гноить и заражать свои души, отдавать Мечу свои жалкие жизнишки. Пусть. Всё равно все они умрут. Малькольм найдет каждого. Где бы они ни прятались. Где бы ни устраивали свои логовища. Малькольм найдет. Убьет. Растопчет. И заберет то, что принадлежит ему. То, что принадлежит Мечу.
Вот например как эти… Малькольм стоял на лесном холме и смотрел вниз, в прогалину. Далеко. Но пространство раскалывалось и визжало, размываясь сияющими струями, когда сквозь него рвался дикий, пронзительно жуткий взгляд Малькольма. Омерзительный и непостижимый в своей неуемной жажде, в своем непрекращаемом бдении. Неспящий. Вечно рыскающий вокруг, ищущий, щупающий, пытающий взгляд мутных нечеловеческих глаз.
А далеко внизу шел отряд из двенадцати человек. Тащились медленно и устало. Недовольные добычей, постоянно грызлись между собой. Пару раз пытались кокнуть главаря. Но все как-то не решались довести это несложное дело до конца. Да, собственно, судьба этих разбойников совершенно не интересовала Малькольма. Ему солнцем сиял осколок в одном из мешков. Словно луч горячего полуденного света в ночной тьме. Ярко. Неугасимо. Призывно. Единственное, что грело душу Малькольма – это он, этот свет. Он обозначал, что совсем скоро он получит новый осколок. И БОЛЬ станет чуть слабее.
Тогда Малькольм чуть повернул голову и позвал:
- Тира…
- Да, Хозяин?
Юркая девочка в драненьком платьишке появилась из-за чудовищного латно-живого плеча Малькольма. Ее глаза светились безумным огнем. Лихорадочным, торопливым и горячим. А главное – преданным. Она легко вспрыгнула на камень и уселась перед Малькольмом, поджав под себя одну ногу и окружившись кольцом смертельно-острого стального обруча.

Горячая похлебка обжигает губы. Что это за странное воспоминание – все эти лица: эльфийка с черными волосами, парнишка-азиат с куском лепешки в руке, смуглая девушка в белоснежных одеждах… Где-то Малькольм уже видел все это. Похлебка густая и пахнет давно забытым сытным запахом…

- Тира. Эти людишки несут Осколок, - собственный чудовищно-хриплый нечеловеческий голос показался Малькольму радостным. – Отправляйся к ним. И забери Его.
- Ты хочешь видеть, как я убью их всех, Хозяин? – тоненький девчоночий голосок дрожал от нетерпения и азарта.
- Нет… Их слишком много. Ты мне нужна еще живой и невредимой. Обмани их. Пусть сдохнут, если хочешь. Но сама стой в стороне.
- О-оооо, - голосок задрожал и сорвался в экстазе, выражая совершеннейший девчонкин восторг, - Хозяин, я так и сделаю, - Тира засмеялась звонко и пронзительно, словно на грани истерики. Наверняка, придумала что-то особенно стоящее, с ее точки зрения.
Тира тонкой пружинкой взвилась в воздух. Обруч нестерпимо ярко плеснул в глаза солнечным бликом. Малькольм видел теперь только, как едва заметно колышутся ветки деревьев. Но через мгновение он повернул голову в сторону медленно двигающегося отряда людей, и вновь пространство сжалось до размеров узкой замочной скважины. Крошечного отверстия, через которое на мир глядел худший из ночных кошмаров.
И сейчас его взгляд, способный в иные моменты сбросить всадника с лошади, следил за крошечной фигуркой гуттаперчевой девочки, ловко и удивительно легко минующей сваленные прошлогодней бурей стволы с коряво торчащими корнями, глубокие каменистые провалы и прочие противотанковые надолбы.
Малькольм отчетливо слышал ее легкое дыхание, почти бесшумные шаги и холодное молчание стального обруча.
- Эй, вы, лопоухие!! – пронзительный визг Тиры и ее удивительный смех, от которого ломило зубы, застали людей врасплох. Они, словно тараканы на свету, метнулись в стороны, путаясь друг у друга в ногах и сочно матерясь.
Тира подождала, пока все они успокоятся, разглядят ее и поймут, что она для них «совершенно безопасна». Конечно, что значит девочка-тростиночка против двенадцати бывалых разбойников-головорезов? Да тьфу! Плюнуть и растереть.
Поэтому отряд оправился быстро.
- Чего голосишь, болезная? – заговорил главарь. Это был ухватистый малый, кряжистый и могучий. Невысокий, с Тиру ростом, но раз в пять ее шире. - Или тебя мама не учила, что в лесу кричать нельзя? – немолодое уже, обветренное лицо без бровей и ресниц треснуло под носом черным зловонным провалом. Это, очевидно, обозначало улыбку.
- Мама меня учила, что денежки не пахнут. А по вашим скорбным рожам я вижу, что денежек-то у вас и не густо.
Отряд заворочался и загудел, как потревоженный улей. Главарь сплюнул вязкой коричневой слюной:
- Ты, соплюха, наши деньги не считай. Таких умниц на деревья вешают, залюбленных насмерть жаркой любовью.
- Да пошел ты, козел, – вежливо ответила Тира. – Я к твоим людям с предложением добыть кучу золота. Если тебе нет охоты слушать, не слушай. Думаю, не все здесь такие бессеребреники, как ты.
Одиннадцать хриплых глоток заурчали и забулькали. Одиннадцать пар жадных глаз уставилось на главаря. От него ждали только одного ответа. И он почувствовал – если не поведет их за этой, черт знает откуда свалившейся девкой, он им больше не главарь. Такие, как они, не любят неудачников. Главарь должен держать нос по ветру. А ветер должен пахнуть золотом.
- Мы не прочь поживиться. Это точно. Только с чего вдруг такая щедрость?
- С чего ты взял, что это щедрость? – Тира ни секунды не стояла на месте. Ее короткие волосы покачивались в такт движениям тела. Сорванные и взрезанные лоскутки платья трепетали, послушные легкому ветерку. Обруч медленно перекатывался, бликуя и скрипя о камни. – Считай, что я нанимаю вас.
Главарь ухмыльнулся:
- Ну если нанимаешь, то половину денег вперед. – Он протянул к Тире широченную, как лопата, коричневую ладонь. – Мы не телята трехдневные, чтобы верить на слово.
- А… ну раз вы богатые… Дело хозяйское… - фальшивеньким голоском пропела Тира, - Поищу других. Посговорчивее.
- Да откуда мне знать, может ты просто чокнутая девка. И золота никакого нет, – главарь упустил инициативу. Но показывать это своим людям не торопился.
- О-ооо… вот уж золота там, будьте уверены, столько, что вы даже унести его не сможете. – Огромные горящие глаза очень явно отсвечивали безумием. Но бандиты, слишком живо представившие себе нсметные горы драгоценного металла, не замечали ничего.
- Да откуда это золото? Так много, – главарь все еще не сдавался. Хотя его банда уже лезла на него чуть ли не сверху, чтобы оказаться поближе к волшебной девке с ее волшебными знаниями.
- А ты сам как думаешь? Скопилось. И манера накопления мало чем отличалась от вашей.
- Так что тебе от нас конкретно надо?
Тира хихикнула.
- Там, видишь ли, охрана. Такие богатства не лежат без надзора.
Главарь кивнул.
- Так вот я бы могла, конечно, нагрести себе в кармашек немножко золотца, но там четверо дуболомов с ножиками…
При этих словах отряд воодушевленно загудел. Конечно! Их двенадцать, а противников всего четверо. И главное – золото… Совсем немного, и удача повернется к ним своим прекрасным, сияющим лицом.
- Ладно… Далеко идти?
- О, нет. Совсем близко… Всего пару часов.

Малькольм давно догадался, что именно замыслила Тира. Жестокость и подлость этого существа не знала границ. И теперь он следил за тем, как банда головорезов молча разворачивается и едет на север. К жутким пещерам, которые словно муравьиные ходы-лабиринты, выгрызены были в подземных скалах самим дьяволом. В этих пещерах действительно была сокровищница. Громадная, невероятная, щедрейшая на экспонаты из самых дальних земель. Золото там валялось повсюду. Но вот только там не было четверых охранников с ножами.
Там был всего лишь один вечный охранник. Эту тварь звали Волдо. И до сих пор никому не удалось узнать, чья изувеченная фантазия смогла создать подобное существо. Волдо просто не имел права на существование в нормальном справедливом мире. Но здешний мир мало справедлив. И потому закрытое уродливой механической маской лицо Волдо и его вывернутые в обратную сторону суставы и его жуткий кляп во рту, и руки-ножи – все это функционировало, скрипело и жило. И охраняло пещеры.

Странные холодные глаза прямо перед лицом. Так близко, что слышно, как движутся под веками глазные яблоки… Жаркие губы, касающиеся его губ. И мятное дыхание. И едва уловимый запах серы. Гари. Дыма. Что это за люди? Словно бы чужое воспоминание пробралось к Малькольму в голову. Как повторяющийся сон. Смутно-знакомый, не поддающийся памяти.

Тира стояла и смотрела. Как и приказал ей Малькольм. А из пещеры доносились душераздирающие вопли, плач и вой ужаса. А еще она слышала жуткое утробное ворчание, шлепки и цоканье, скрежет стали по камням и снова отчаянные, полные смертной муки крики.
Тира смотрела и в глазах ее отражалось целое озеро крови. Грязь кровавых ошметков, покрывающих пол и стены, а кое-где и потолок. Но все это не волновало Тиру. Она следила за тем, чтобы ворчащий и катающийся в экстазе по полу Волдо не заметил ее. И он не заметил. Насладился победой над очередной партией легковерных воров и отправился восвояси – в глубь пещер.
Тогда Тира бесшумно выскользнула из своей норы и, покопавшись по локоть в кровавом месиве, достала осколок.
- Да, да, - шептал Малькольм, - иди ко мне. Неси его сюда. Неси мне…

Демонесса пыталась усидеть на месте во время поздней трапезы, но ей это удавалось с огромным трудом. Она то и дело кидала брезгливые взгляды в сторону новоиспечённого гостя, которого никто не приглашал. С тарелкой похлёбки, она разделалась в два счёта, даже не ощутив вкуса пищи. И всё лишь для того, чтобы не упустить ни единой детали, ни одного, даже самого крохотного движения никчёмного братца, ниспосланного ей несправедливой судьбой. «Жалкий оборванец! Неужели непонятно, если Я в отряде, значит, ему уже здесь делать нечего!? – голубоглазая нервно покусывала ложку, всё больше выходя из себя. – И ведь сам не уйдёт! На лице белым по чёрному написано: Наглость – второе счастье! Понаплодят тут всяких, а мне потом разгребай чужие ошибки молодости!» Аментиа едва слышно фыркнула и, поморщив носик, горделиво поднялась, отойдя к своему коню.
К её счастью, долго ждать удобного момента не пришлось. Как только отряд разошёлся по собственным делам, Крилах тут же прильнул к Малькольму, сидевшему в гордом одиночестве, вдалеке от честной компании и что-то тихо бурчавшему себе под нос.
Демон остро зыркнул по сторонам и с деликатным покашливанием подсел к вампиру. Тот сидел прямо, словно только что проглотил аршин и еще не успел его переварить. Но самое мерзкое было в его глазах. Черных блестящих, словно налакированных. В них не было совершенно ничего: ни единой мысли, ни одного отголоска чувства или желания. Пустота…
Крилах потер ладони и снова покашлял. Его передернуло.
Наконец демон решился:
- Э… Благородный сэр… Вы так внушительны и устрашающи… Что я даже некоторое время опасался заговорить с вами…
Граф молча смотрел в землю. Не гнал от себя. Крилах воспринял это как добрый знак и жизнерадостно продолжал:
- Знаете, я так счастлив и благодарен вам за то, что вы спасли мне жизнь. Ведь помереть по теперешней нашей жизни – плевое дело. Раз! – и нет тебя. Сколько раз так бывало. Видишь человека, ешь с ним из одного котла, спишь в одном фургоне. А утром глядь, а он уж и остыл. Знай, закапывай. И сколько я так потерял спутников и друзей, - Крилах весьма натурально всхлипнул и шмыгнул носом, - а какие были друзья. Какие… Кто куда: перемерли, потерялись, - жизнь такая штука. Разбрасывает людишек, как щепочек… А вы сами, благородный господин? Поди, тоже не первый год странствуете. Наверняка вас тоже жизнь не щадила? И спутников теряли, и друзья отставали? Наверное, уж и не припомните, где кто?
Наблюдая за начавшимся незатейливым разговором «драгоценного» братца с аристократом, терпению демонессы пришёл долгожданный конец. «Этот шалопай уже в доверие втирается! Нет уж, нет уж!.. Или да уж, да уж.. А ведь и правда – да! Да! Действительно! Момент весьма подходящий! – Аментиа небрежно откинула с лица непослушную прядь и коротко оглянувшись, дабы удостовериться в своей незаметности, направилась в сторону говорящих».
- Ох и ах, какой пассаж! – девчонка деловито обошла собеседников, встав за спиной графа. – Ну, вы только посмотрите, кого мы видим! Дальняя родня – хуже старого коня! И каким же поганым ветром занесло моего замшелого братца в такие дальние края? – Аментиа презрительно хмыкнула и, не дав никому произнести ни слова, сразу же продолжила. – О, можешь не отвечать! В этом отряде могут уживаться только трое – я, я и ещё я, но это уже как я решу! Доступно объясняю? А твоё задание столь же никчёмно, как и ты сам. Или ты так же никчёмен, как и твоё задание. Без разницы! И чтобы ты скорее это понял, я так и быть, тебе кое-что поясню. Если я не ослышалась, ты пытаешься выудить из нашего милого аристократа какую-то ва-а-ажную информацию, - она осторожно наклонилась, обняв вампира со спины и, слегка повернув его лицо к себе, чуть коснулась дыханием прохладных губ. – Но проблема в том, мой глупый родственничек, что красавчик Малькольм… немного… не в себе, - Аментиа широко и очень злорадно улыбнулась, аккуратно возвратив лицо несчастного в исходное положение, чтобы он так же, как и она, смотрел на собеседника.
При первом же упоминании о демонах в присутствии посторонних, Крилах выпучил глаза в совершеннейшем шоке. «Чокнутая… - в отчаянии думал он. – Одно слово – чокнутая. С этими бы словами на площадь бы вышла в какой-нибудь столице. Или на стене трактира накорябала, дура несусветная». Но всё же Крилах нашел в себе силы, сжал зубы и промямлил:
- Но это не мешает ему отвечать на вопросы…
- Да что он может сейчас рассказать?! – девчонка звонко рассмеялась, подхватив руки аристократа и взмахнув ими пару раз. – О том, как бабочки летают? Или может продемонстрировать, как бы Ромео любил Джульетту? – она быстро обошла сидящего и без капли стеснения, опустилась к нему на колени, обхватив его за шею. – О, Ромео, не покидай меня, моя любовь! Ведь ночь так коротка, а у нас ещё столько дел! – демонесса глухо засмеялась, накрыв прохладные губы графа жарким поцелуем. – А потом оказывается, что Ромео стал вампиром. Не понял, о чём просила Джульетта. Его переклинило, и он впился в неё своими клыками! – в довершении своих слов она наглядно продемонстрировала сие действо, укусив аристократа за шею. – И нету повести счастливее на свете, чем повесть о вампире и Джульетте! Потому как они оба грохнули всю семейку и были таковы. Неплохой расклад, да? - как-то странно улыбнувшись, Аментиа нехотя поднялась и начала небрежно перебирать пальчиками белоснежные волосы вампира. – Они так милы и беспомощны в своём безумии. Ты даже не знаешь, как надо с ними общаться, - она вдруг резко осеклась и, недобро свернув глазами, в упор уставилась на брата. – А остальные ребятки этой скромной компании, о-о-очень недоверчивы к незнакомым оборванцам, вроде тебя! Если не пошлют, то уж личико разрисуют, похлещи маляра. Так что шёл бы ты отсюда, бра-а-атик.
- Одурманила вампира? – как ни в чём не бывало, поинтересовался Крилах. – Сильно. Достойно пятого круга. Воистину за этим тебя в Мир посылали, - он пытался язвить, но понимал, что у него не хватает фактов и информации. Аментиа неизмеримо сильнее его, и один неверный шаг может привести к разборке, в которой Крилаху уготовано место чучела для битья.
- Одурманила?! Его?! – девушка звонко рассмеялась, махнув рукой. – Ну, ты и болван.
- Ну а чего он тогда? – Крилах медленно поводил ладонью перед глазами вампира. – Чего он заколдобился?
Демонесса окинула брата издевательским взглядом и расплылась в довольной улыбке:
- У тебя столько же интеллекта, сколько у клопа. Поэтому ты либо молчишь, либо воняешь, когда тебя трогают. И я ещё не сошла с ума, чтобы объяснять насекомому элементарные вещи!
- Но…
- Но? Но?! Тебе до сих пор непонятно, что нужно сделать? Сгинуть с глаз моих долой! – Аментиа топнула ножкой, сильно нахмурившись. – Мне ещё не хватало тратить своё время на грязного оборванца, вроде тебя! Спишь, на чём попало, ешь что попало! Не ровен час, я ещё блох от тебя подхвачу!.. А-а-а! Блохи! Посмотри! Я уже вся чешуся, стоя рядом с тобой! Нет, смотри! Ты видишь?! Одна, две, три! – взвизгнула девчонка, истерично отряхивая одежду. – Идиот! Они же всей династией на меня перепрыгивают! Это же просто Армагеддон! Немедленно забирай свой блошиный зоопарк и проваливай! – она гордо вскинула подбородок и, скрестив руки, обиженно отвернулась.
Крилах злобно прищурился. «Прямо щас. Жди… Едва я нашел хоть какую-то ниточку, как должен бросать её и бежать подальше. Ради тебя? Нет уж, нет уж».
Демонесса покосилась одним глазом на Крилаха и медленно развернулась:
- Ты ещё здесь? Или ты уже вернулся?
- Послушай, сестрёнка… Я тут не ради своего удовольствия. Я на задании.
- Да мне плевать и на тебя и на твоё задание, лосятина безмозглая! Можешь причесать свои копыта, а потом топай туда, откуда пришёл!
- Послушай, - прошипел Крилах в самое ухо Аментии, когда увидел Торок, взирающую на них с другой стороны поляны. И взгляд эльфийки вовсе не понравился демону. – Послушай меня. Ты получила свое задание. И я свое получил. И мое ничуть не менее важно, чем твое.
- Да-а-а? Ну, надо же. А я и не знала, - голубоглазая расплылась в ехидной улыбке.
- Я имею право…
- Прокурору свои права качать будешь! – Аментиа сорвалась с цепи. Этот полудурок окончательно вывел ее из равновесия. Она нависла над ним, как коршун. Глаза засверкали, волосы встопорщились – зрелище было устрашающим. – Вали отсюда, недобитый! Я не потерплю, чтобы рядом с моим заданием воняло вторым кругом!
- Я имею право принести пользу Семье! – Крилах обмирал от собственной отчаянной храбрости.
В любую секунду, он мог получить такой заряд бодрости, от которого бы пришлось очень долго очухиваться в Иномирье. Но Аментиа не спешила применять силу. Крилах мигом прикинул варианты, сопоставил факты и вдруг расплылся в гаденькой улыбочке. Он понял – Аментиа стоит рядом со своим заданием. Она создала себе легенду; присосалась, что называется, к вене. И теперь, любой просчет мог нарушить ее стройный план. И этим элементом неожиданности, который в состоянии пустить всю работу коту под хвост, был собственно сам Крилах.
- Ну и чего ты ощерился, как дворняга полудохлая? Запасная челюсть всегда с собой?
- Нет, моя госпожа. Я просто представил на секунду, какую титаническую работу вы проделали, чтобы приблизиться к выполнению своего величайшего задания.
- Тебе то что?
- А то, что я тоже не в углу себя нашел. И мое задание так же важно для меня, как и твое для тебя, сестренка. И коли, ты меня гонишь, то, пожалуй, справедливо будет, если я и тебе помогу вернуться к нулевой отметке.
- Что ты сказал? – глаза демонессы мгновенно побелели от гнева. – Ты… Хочешь…
- Да, дорогая. Твои достижения. Разрушить. Как и ты хочешь разрушить мои.
- Да я тебя с землёй сравняю, не сходя с этого места! – завизжала девчонка. – И даже если сойду, всё равно сравняю! От тебя даже свиного рыла не останется, кабан недорезанный!
- Да ладно, – Крилах несся на волне куража. Ему на всё было наплевать. – Но перед этим, отряд успеет от меня узнать, что ты – демон. А если убьёшь, так ещё и увидит. И тогда они поймут, что верить тебе нельзя ни на грош.
- Ах ты дрянь!
- Спасибо. Из твоих уст это звучит как музыка.
Аментиа замолчала на некоторое время, обдумывая сложившуюся ситуацию. Её пальцы нервно забарабанили по плечу, а голубой взгляд метался по земле, будто ища там ответ. Крилах тоже молчал, давая сестре насладиться ситуацией. Через мгновение, девушка раздражённо и глухо зарычала и, подняв обозлённый взгляд на братца, изрекла:
- Муравейник бы тебе в штаны и два флажка в твои грабли корявые, за такие слова! А потом музыкантов пригласить. И вина красного с курятиной достать. И ещё колбасы... Много колбасы! Стулья из колбасы, столы из колбасы, деревья из колбасы, люди из колбасы! Чтоб всё было в колбасе!!.., - девчонка резко затихла, неожиданно вспомнив, что она не одна. – Ну и чего ты заглох, дятел старый? Говори живее свои условия!.. Хотя, если мне память не изменяет, а она мне не изменяет никогда, ты ищешь некую Тинвэ. Эльфийку-полукровку.
- Именно. У тебя прекрасная память, дорогая. Так вот, я почувствовал ее запах. Здесь. От людей в этом отряде.
- Ну и?
- Они были спутниками эльфийки некоторое время назад. А потом расстались. Ты уже обжилась в этом отряде. Тебе доверяют. Надо всего лишь узнать, где они видели ее в последний раз. И я сразу уйду. Уйду молча, предоставив тебя твоему заданию.
- Я чего-то не поняла, козявка. Ты хочешь, чтобы я за тебя твоё задание выполняла? Выспрашивала про эту остроухую?
- Дорогая моя, чем быстрее я узнаю правду, тем быстрее уйду. И тем меньше у меня будет шансов проболтаться о чем-то важном для тебя.
- Жевоплюй горбатый, - фыркнула девчонка, нервно оскалившись.
- Что поделать… Но ты же знаешь, я ничтожен по сравнению с тобой. Я буду выпытывать у них информацию три года…
- Ладно, заткнись!! Я всё поняла. Кто из отряда общался с твоей Тинвэ? Все?
- Нет, - голос Крилаха сделался вкрадчивым и тихим. – Только эльфийка с черными волосами, предводитель и этот вот, – демон потыкал в грудь Малькольма тонким прутиком.

@музыка: Рихард Вагнер - Der Weg in Walghal

@темы: Тира, Сааг, Малькольм, Крилах, Аментиа, вампиры, демоны, фанфик

URL
Комментарии
2011-05-19 в 21:02 

"– О, Ромео, не покидай меня, моя любовь!" - Не только над Ольгердом издевался мастер, Малькольма эта участь тоже стороной не обошла)
А продолжение будет?

2011-05-19 в 23:12 

ogniana
Смейся, Абе-Но-Сеймей...
Да. Графа ждет тяжелая судьба.
Вообще продолжение истории тут есть. Кусками. В фанфике про Люция и Антрацита. Но там все и обрывается.
Дописывать очень хочу. Потому что меня гнетет эта судьба осколков у графа в кармане. Ибо он с ума сходит вполне конкретно.

URL
   

Enriel-book

главная